— Тогда могу.

— Взгляните на эти фотографии. Есть он среди них или нет? — спросил следователь. И раскинул портреты не имевших никакого отношения к делу людей, погибших в перестрелке потерпевших и командированного в город Урюпинск Иванова Ивана Ивановича, чье удостоверение, пиджак и штаны были обнаружены на месте преступления.

— Вот он, — сразу узнала соседка.

— Других никого не видели?

— Других? А чего это у них глаза закрыты?

— Это они зажмурились. От фотовспышки.

— Что вы меня за дуру держите! Это же покойники.

— Ну я и говорю — зажмурились.

— Это те, которые? — спросила женщина, жадно рассматривая фотографии.

— Которые... А скажите, вчера этот ее полюбовник не приходил?

— Вчера? — Женщина с трудом оторвалась от созерцания незнакомых покойников. — Вчера... Вчера я спала. И ничего и никого не видела... Хоть даже без протокола!

Ну что ты с ними поделаешь!..

Старшего следователя ведущей расследование оперативной группы вызвал начальник отделения милиции.

— Ну что у тебя?

— Пока ничего. Свидетели, как всегда, ничего не видели и не слышали. Оружие ранее ни по каким делам не проходило. Удостоверения личности липовые. Владельца единственного настоящего разыскиваем.

— Значит, ничего? Плохо! Ты давай шуруй. На полную катушку шуруй! По горячим следам. Все вверх дном переверни, а какой-нибудь следок найди. Мне уже из горотдела звонили. Намекнули, что если я в три дня своими силами не справлюсь, то они дело себе заберут. Такое дело! Такое количество трупняка! Я уж и не упомню, когда столько было. Так что ты давай! Если успеем до городской бригады что-нибудь раскопать, попадем в приказ. Премию получим...

— А если не найдем?

— Тоже в приказ. Но уже без премии. И без зарплаты. Такое количество трупняка на нашей территории... Давай копай, сыщик. Копай! Иначе я тебя...